Форумы-->Творчество-->
| Автор | Афиноген Баранов. До и после. История Советского лётчика. |
|---|
Предисловие
Эта история чести и славы русского воина началась задолго до подвига, совершённого отважным лётчиком.
Между горных вершин предместья северного Кавказа во времена царства Российского располагалось село Высоково.
Потомственный пастух Евлампий сидел за широким столом, окружённый шумливыми соседями, что трепали будущего отца за могучие плечи и приговаривали:
-" Ну, Евлаша, сын твой пробирается на свет божий. Что стакан то пустой морозишь?" – и улыбаясь, поглядывая на озадаченное тревожное худое лицо будущего папаши.
Звуки зачинавшихся родов доносились из свежего древесного сруба хаты скотопаса.
Там юлили и крутились жёнки собравшихся поддержать Евлампия и подержать стакан местных мужиков.
-"Генацавале назови, защитник вырастет!" – кричал седой грузин, старейший из сколотившегося общества, потрясая дивным именным рогом для обильного пития.
-" Хорошо, Зураб, уважаемый" – отвечал будущий отец, поддерживая тост за крепкое здоровье нарождающегося отпрыска.
-1-
Взахлёб пролетели годы, показавшиеся Евлампию мгновением единым. Гена – так сокращённо кликали будущего богатыря, рос как на дрожжах. Слишком горяч был малец, что не принимал событий, противный своей воле. Хворостина бати часто охлаждала буйный нрав отрока.
Однажды, стадо баранов обезумело, почуяв таю хищников, подкрадывавшихся с подветренной стороны.
Евлампий в тот злополучныйчёрный день конечно же взял с собою строптивого мальца, ибо учить уму разуму в тех краях полагалось почти с пелёнок.
Семилеток Генацвале, ослушавшись свою заботливую мать, не захватил тогда корзину с лепёшками и прочей снедью. Женщина, в боязни оставить своих мужичков голодными, торопливо посеменила на луг, находящийся на высоком горном плато.
Солнечный луч разгорался в вышине, слепил взор. Жара слепила путника.
Если окинуть взглядом тот солидный участок сочной спелой травы, на которой происходил выпас скота, с одной стороны мы можем узреть крутой обрыв, уходящий на многие метры в пропасть.
Из подлеска, что через ручей доносились звуки неизбывного охотника тех краёв – горного волка.
В тот самый час, когда радеющая хозяйка творила свой путь по короткой тропе у края резкого склона, овечье стадо нежданно понесло прямо на неё.
Евлампий, восседающий неподалёку, встрепенулся. Он вскочил на ноги и стрелою полетел наперерез опасности. Маленький сын увязался следом, естественно отставая от быстрого отца.
Мужчина замешкался – с одной стороны лавина баранов пёрла прямо на дражайшую супругу, грозя столкнуть её вниз, с другой – отпрыск, не вошедший в рост, мог быть запросто растоптан этой безумной испуганной ордой.
Растерялся наш Евлампий, метнулся за сыном, схватил его в руки, понёсся к жене. Но потерял скорость.
Ничего не подозревающая хранительница домашнего очага мурлыкала про себя задорную мелодию, смотрела лишь под ноги. Обернувшись, она оторопела. Стадо неслось прямо на неё.
Муж подбегал, крича, костеря на чём свет непослушную скотину, но поздно.
Налетевшие особи столкнули молодую женщину вниз.
Сарина, так звали героиню происшествия, изловчилась и уцепилась за острый каменный выступ обеими руками, повисла над карьером. Сильные натруженные длани выдерживали вес тела, супруг быстро усмирял своих подопечных, сын был вне угрозы.
Но злодейка судьба тут сыграла с нашим злополучным семейством скверную шутку.
Когда Евлампий уверенным движением поймал руку своей жены, под ним злым роком зашуршал оползень.
Не хватило у нашего горца выдержки. Чтобы сохранить свою жизнь следовало разжать хват и перекатиться к мальцу, но не таков оказался преданный муж.
И полетели они, как два лебедя в с высоты, чтобы разбиться и воскреснуть в лучшем мире.
А бедняга Гена с неописуемым страхом в глазах наблюдал за этой трагической, полной драматизма картиной погибели своих родителей.
-"А-а -а!" – слёзы хлынули из глаз мальчишки.
Юнец подбежал к близстоящему барану и принялся отчаянно колотить по его крепкой голове, после поднял оборонённый отцовский нож и впервые убил.
-2-
-" | -2-
-"Горе то какое!" – судачили сердобольные жители Высоково – " Мальчонка один остался!" -
Ближние соседи, единого возраста с Евлампием, супруги Захватовы немедля определили сорванца в свои пасынки. Имея двух погодков мальчуганов, они оказались не против принять в свои плотные ряды и нашего Генацвале. Так и выкормили, взрастили Андрон и Антонина примкнувшее к ним дитя.
А занято было то семейство промыслом хлебороба.
Старшие пацаны – Яшка и Самсон упорно осваивали профиль деятельности своих родителей, но не наш герой.
Получивший психологическую травму Генацвале рос жестоким и угрюмым пареньком. Необщительный и хмурый крепыш оживлялся лишь когда бывал на скотобойне – к той поре общество постепенно подходило к разделению труда.
-"Андрон, давай отдадим его в учение мяснику, это его." – глаголила Антонина, которая никак не могла проникнуть в душу приёмыша.
-"Да, пожалуй, в поле работать Гена всё равно не желает. А тут всё при деле будет."
Мясник Григорий Скотников, беглый холоп, отбыл в своё время на каторге, а после утёк.
Гриша поселился в Высоково уже очень давно и стал всем как родной.
С лёгкой руки он резал скотину односельчан, собирая плату за работу натуральным продуктом, жил неплохо. Обученный сидельцами грамоте, он стал душой любой компании, но его новоиспечённый помощник Генацвале однажды отворотил от доходного дома мастера всю удачу и достаток.
А всё дело в том, что повадился наш паренёк к колдовке и ведьме, обитающей в далёкой лесной чащобе.
Прошлое поколение достаточно терпимо относилось к нетрадиционному врачеванию и заговорам, но года шли, времена менялись.
Слухи, сплетни, домыслы – они породили недоверие. Тем более, пришедшая в описываемые в повествовании края крещёная Русь настрого запрещала разные обряды.
А перед глазами Генацвале всегда стояли бараны. Глупые, пугливые животные, из за которых так нелепо гинули в пропасти его родители.
Когда наш герой с усердием и охотою исполнял свою науку – резал баранов, глаза подросшего паренька оживали и наполнялись странным блеском и глубоким смыслом.
На селе так и прозвали чудака – Гена Баранов, на что персонаж может и обижался, да только по собственной молчаливости ни кому ни звука.
Ох и полюбил Баранов потомственную молодую знахарку, никак не привечаемую деревенским обществом. В один прекрасный день, ни сказав никому ни слова, не попрощавшись, он ушёл к ней на дальнюю заимку, остался там в буквальном смысле насовсем.
Безродная в понимании соплеменников ведьма Афина оказалась для Гены слаще мёда, краше драгоценностей. Так бы ладно всё и шло у молодых, отделённый стеной непонимания от мира сего, если бы не пришла в Высоковские края коллективизация, Советская власть.
На пороге замаскированной от дурного глаза хижины возникли люди в форме военных комиссаров и раздался приказной глас -"Открывай! В колхоз собирайся!" | -3-
Бесцеремонно и властно, три "серые шинели" с винтовками за плечом и начальник в кожаной косоворотке распахнули сени скромного жилища Барановых, не разуваясь прошли внутрь.
Алтарь духов природы стоял в центре тесной комнаты, чадил, на пологе лежала беременная девушка.
-"Кто будете, супружница?!" – пробасил главный, испугав её, сжавшуюся в комок.
-" Степаныч, что это за хреновина тут место занимает?" – проржал один штык.
Другой пинком повалил устройство общения с духами на пол, языки пламени начали лизать капище, узкое помещение враз наполнилось удушливым дымом травяной подстилки.
-"Тащи её с печи, будем уму разуму учить" – вальяжно процедил сквозь зубы главный нарком, сдирая ветхое одеяло с красавицы.
Двое бойцов, не задействованные в наведении порядка оживились и уже волочили несчастную к кухонному столу. Раздался треск разрываемой одежды.
Тихо прозвучал скрип входной двери. Острый нож хищно вонзился в загривок опрокинувшего домашнюю утварь.
Второй солдат красной армии секунду спустя пал, рыча перерезанным горлом, испускающим потоки артериальной крови.
С третьим негодяем Генацвале схватился в рукопашную – тесак намертво засел в теле предыдущей жертвы справедливости.
Страшные звериные глаза Баранова пожрали душу струсившего противника, прозвенел хруст ломаемых пальцев, протяжный стон.
Револьвер Степаныча чихнул четыре раза подряд.
Баранов медленно сполз с врага и упокоился навеки.
Отряд служивых, заслышавший звуки выстрела, уже спешил к разгорающемуся пламени пожарища.
Равнодушный бог сверху наблюдал за происходящим. Возможно, человеческие страдания позволят обрести мир и уединение где-то там, куда нет входа жестокости и коварству.
Припустил дождь, который обязательно сотрёт произошедшие события и лица из людского потока череды грядущих поколений. | -4-
Каменный мешок пах плесенью, испражнениями и кровью колодников. Проржавелые толстые прутья решётки сдавливали тела и волю тех, оказавшихся по ту сторону закона.
На грязном земляном полу, словно селёдка в бочке, в тесноте и духоте жались друг к другу серые лица, худые плечи, босые ноги. Лязг цепей, стоны больных, надсадный кашель, холод подвала и недоедание.
Сумрак и смрад немытых тел, окрики конвоиров, лай собак – ужасные условия существования не оставляли ничего человеческого.
Вызов к следователю не менял абсолютно ничего.
-"Виновен. Виновна. Статья.Срок. Номер, неряшливо пришитый к испачканному рубищу." – так она позже описывала происходящее в каталажке действо своему спасителю, седому деду Игнату.
-"Знаю я, знаю. Сам срок мотал." – отвечал чахоточный старик, раскуривая махорку, кивая головой.
-"Если бы не ты, мил человек, не жить бы нам с сыночком." – благодарила Афина, качая кричащий свёрток посреди низкой землянки.
А случилось всё так.
По прибытии в разгорающуюся хибару дружинников, её скрутили, отхлестали по щекам, поволокли. Конечно же бросили в местный острог.
Подлый Степаныч, естественно, указал на труп Баранова, пояснив:
-" Его "шоха" тут нас приветила, в идолы служить склоняла, ласку обещала. Мы ей – разъяснить, мол не по - советски обретаетесь, документики Ваши. Опоить поди хотела, не вышло. А упырь подкрался, накинулся сзади, убивец и махать начал. Тут то я его и того, гада."
Дознания не требовалось. Колдовство, бандитизм, десять лет строгача.
По пути в лагерь Афину бросили умирать в придорожной канаве. От бескормицы её глаза ввалились, конвой справедливо полагал:
-" Не жилица, пащенок если и родится – лишь обуза. Бросим, нам ещё далеко этап вести."
Пнули по ногам, бессознательное тело полетело в мёрзлую заиндевелую канаву. Пару лопат земли сверху, для очистки совести и привет, до свидания, поминай как звали.
Часом позже, оттрубивший от звонка до звонка бывший зек Игнат заметил шевеление, раскопал, погрузил на облезлую телегу. Ещё бы чуть – и поздно.
Не фонтан условия в глухой землянке отшельника, но выжить затеплился шанс.
А дед то попался многоопытный. "Чалился" Игнат на крайнем севере, так же в своё время невинно осужденный по наговору злых языков. Трудолюбивому крепкому хозяйственнику примитивно позавидовали односельчане, вот и подбросили ворованные цыганами шмотки, опрометчиво купленными кем-то на базаре.
Отрицающий свою вину и причастность к дурному делу мужик вызвал в канцелярских крысах лишь тихую злобу.
-"Врёт! Не кается, получит на всю катушку!" – безоговорочно решил следователь. На горизонте у чиновника была очередная лычка за раскрываемость уголовных дел. Попался – значит виновен. Точка.
И потянулись длинной вереницей годы таёжного лесоповала, но крепок сердцем оказался человек.
Под старость Игнат освободился, стал жить особняком. Много народу он за свою достойную нелёгкую жизнь выходил подобным образом. Низкий деду за то поклон! | -5-
-"Как назовёшь богатыря?"- спрашивал Игнат, отирая махровым платком усталое лицо роженицы.
-" В честь тебя, батя!" – отвечала Афина старику.
-" Не гоже, повторит ещё мою судьбинушку. Нареки его так, чтобы память о тебе и отце его сохранена была в имени. Афиногеном! Есть такое имя старинное, забытое нынче."- конкретно подумав, молвил бывший каторжанин.
-" А как же по современному то? Засмеют сверстники, теперь так не делают." – беспокоилась новоиспечённая мать.
-" Всё будет славно, вот увидишь. Сон намедни посетил меня. Великим воином вырастет, будь уверена." – успокоил тот. На том и порешили.
Искусство понимать тайгу старец терпеливо вдалбливал в голову подрастающего сорванца.
Вырос Афиноген уважительным к старшим, послушным, но горячих кровей удальцом.
Когда отроку исполнилось восемь годов отроду, дряхлеющий Игнат объявил:
-"Ну всё, мать, поезжайте в город. Учиться ему надобно. По теперешней поре это обязательно. Я ведь тоже когда-то мечтал в школу записаться, но в мою эпоху лишь барчуков в заведениях образовывали.
Сейчас дорога открыта!".
И поехали мать с сыном в районный центр. О ту пору многие из лесов да деревень выходили, получали паспорта и общежития, становясь причастными неодолимой силе, набирающей обороты страны Советов.
Школы, колхозы, заводы и фабрики. Новая эра открывала советскому труженику многие перспективы.
А о бесчинстве и беспределе начальных форм этого бурного движение успели уже напрочь позабыть.
Афиноген возмужал, окончил школу, затем поступил в лётное училище. Он мечтал покорить небо и стать достойным своего имени. Но однажды с ним произошёл невероятный случай. | -6-
Лётное военное училище. Последний курс. За месяц перед экзаменами.
Сержант ВВС Советского Союза Афиноген Баранов тянул на себя штурвал истребителя, ловко взмывал ввысь.
Он задорный и лихой пилот своей стальной машины.
Руководство недолюбливало такие кадры.
– "Действует на пределе, порою нарушает инструкции. Однако по тактическим показателям – Баранов лучший, будущий ас!" – высказывал своё мнение о выпускнике разбирающийся в людях Полковник.
Внезапно, без каких либо причин, на рассудок нашего героя нашло затмение. Прямо на боевом вылете перехватило дыхание. Рука судорожно нащупала родительский амулет, скрываемый от чужих взоров.
-"Что со мною?" – шептали губы.
Внизу он видел чудесной красоты долину с обрывом у ручья, роящиеся бежевые шарики под крылом верного друга. А в голове шум и невнятный голос:
-" Смерть баранам!! Они виноваты в гибели родителей!" – что это?
Рука дрожала и против воли медленно опускалась на гашетку спаренных пулемётов.
Предательский взгляд ловил стадо в перекрестье прицела.
Жужжащий вой трассирующих пуль крошит животных в кровавую кашу.
Изо рта Афиногена нечеловеческим криком вылетают слова:
-"За бабу, за деда!" - луг, усеянный убиенными быстро приближался и рос в размерах.
Истребитель пикировал, управление потеряно. Баранов нажал на кнопку аварийной эвакуации, сиденье лязгнуло и отделилось от кабины истребителя.
- " Мкадов, бука, что ты наделал!" - невольно вырвалось изо рта нашего героя.
Списанный парашют оказался всучен новичку, годный же обменян на бутыль самогона у деревенских, проживавших в пяти километрах от военной части.
Прапорщик лётной школы Мкадов имел явную склонность к расхищению казённого имущества, а так же неуёмное пристрастие к этиловому компоненту разнообразных напитков.
Добавка шла в компот, чай, кофе и даже положенное авиаторам по обеденному набору, красное сухое вино. Неминучая гибель не мигая жадно глядела Баранову прямо в глаза... | -7-
- " Баранов, твою дивизию, очнись уже! Толчок в спину, картинка обрела привычный вид" - на плацу, перед строем будущих выпускников, нервно расхаживал сам полковник Воздухов, начальник училища.
- " Товарищи бойцы, случилась беда, сегодня фашистская Германия варварски напала наш родной Советский Союз!
В связи с этим чрезвычайным событием, каждому курсанту досрочно присваивается звание младшего лейтенанта.
Я верю в Вас, ребята, но учиться бить врага придётся уже в бою, времени нет. Не посрамим же честь авиационного полка!! "
- воодушевлял на ратное дело военный чин.
- " Парашют, проверить" – внезапно подумал Афиноген.
Да, безотцовщина поневоле, мать безвинно страдала. Но он то, храбрый лётчик, обязательно докажет свою состоятельность и компетентность.
Надо же такому пригрезится - убивать невинных животных, нарушать предписание , открывать огонь без приказа.
Баранов трусцою пробежал к своему И-16, раскрыл аварийный подсумок. Истлевшие ремни смотрели на парня чернотой будущей беды.
Хлёсткий удар рассёк губу обнаглевшего прапорщика.
-"Мкадов, верблюд жжёный, угробить решил!" - Баранов вцепился в гимнастёрку подлого "куска" и тряс изо всех сил.
Политрук, майор Полуничев, отчаянно дунул в свисток.
На драку сбежались солдаты технической обслуги истребителей.
Оттащив новоиспечённого "млад - лея" от прапора, безопасник закричал:
- " Под трибунал пойдёшь за драку, кровью искупишь!"-
- "Та-а-рищ майор, он парашют испорченный в комплект мне.." - оправдывался Афиноген.
- "Обоих под арест!" - гаркнул раскрасневшийся Полуничев.
Политруку во что бы то ни стало нужно исполнять план по нарушителям.
Эти двое без вопросов потекут в штрафной батальон. Дело в шляпе! | -8-
- " Так!" - процедил сквозь зубы начштаба.
Вышеупомянутый полковник продолжил мысль:
- " Отправишься в разведку, нашей эскадрилье необходимо соединение.
К западу, по отмеченному курсу, полетишь на полном баке до упора. Сядешь в квадрате Х 15:24.
По сводкам, там всё ещё находятся отступающие пехотные соединения.
Но перед посадкой побывать тебе, сынок, придётся над самым опасным участком линии фронта. Советскому командованию необходимы точные сведения о силах врага, расположении войск.
В случае неудачи выбираться придётся самостоятельно.
А "косяк" твой с нападением на сослуживца закроем. Будешь знать теперь форму доклада."
- " Если вернусь и выживу" - добавил про себя Афиноген.
- " Держи!" - протянул Полуничев свёрток.
В тряпице лежала граната Ф-1.
После замполит изрёк:
- " Это - на случай, если в плен брать будут, подорвёшь самолёт и документы. Ну, и себя не обесчестишь".
Выползая из блиндажа на ватных ногах, Баранов теребил тот самый , действительно существующий амулет в кармане гимнастёрки.
Он верил в него куда сильнее, чем в лимонку.
- " Она же у меня колдунья. Как можно было столько времени оберегать эту тайну и жить как все? Лишь дед Игнат да я в курсе той трагедии.
Латунный медальон овальной формы с выгравированным профилем отца на фоне той самой приснившейся лучезарной долины с овцами.
Вокруг портрета концентрическая надпись весьма убористого почерка.
Каллиграфия гласила:
- "Смерть врагам рода моего! Баранов." | -9-
Храбрый и рассудительный младший лейтенант не наложил в штаны, он самоотверженно и хладнокровно приступил к выполнению боевой задачи.
Проконтролировав загрузку боекомплекта и амуниции, наш герой браво козырнул начальству ввинтился в кабину и захлопнул капсулу пилота. Поплевав на руки, авиатор повесил на рычаг управления свой талисман и дал полный ход.
Русское небо окрасилось яркими орнаментами солнца, "ишачок" взревел и покатил на взлётную полосу.
Мотор справно гудел, под бортом истребителя проплывали поля и леса, сознание отмечало ориентиры, а впереди открывалась карта боевых действий.
-" Всё, как на ладони" – подумал он, а затем ужаснулся.
Колонна бронетехники длинной змеёю заполонила всю дорогу, оканчиваясь рваной линией фронта.
Справа загудело – два пилота "люфтваффе" пересекали воздушное пространство, пытаясь взять советскую машину в коробку.
"Мессеры" были мощнее и превосходили своей скоростью, но изворотливость отечественного аппарата очевидно добавляла шансов.
Увернувшись от преследования ведущего, Афиноген развернул стальную птицу и пошёл в атаку, лоб в лоб.
Сзади засвистели пули, гулка царапая крыло и хвостовой отсек.
Фашистский лётчик, только что улыбающийся потоку битвы, вдруг побледнел – он не хотел сшибаться и умирать.
-"Отвернёт" -, загадал наш воин и точно, гад не выдержал.
В самый последний миг, Баранов довернул рычаг на максимум и уже оказался в роли догоняющего.
Его меткие пули прошили бензобак фрица и тот вспыхнул, оставляя в небе чёрный след, пошёл по отвесной траектории вниз.
Маневрируя и финтя, с огромным трудом чуть оторвался от преследования, как вдруг заметил ещё две точки на горизонте.
Следующую германскую "двойку" вёл обладающий колоссальным боевым опытом Вильгельм Кнауф, первый асс, которого боялся даже чёрт с рогами.
Но не испугался наш Афиноген, постепенно теряющий скорость. Преследующий его фриц всё же достал своими пулями. Без вариантов. От троих не уйти. | -10-
Оказавшись в кромешном аду, Баранов уже не понимал, кто где находится.
Нашему герою всё же чудом удалось ликвидировать ещё одного противника, срезав хвост самой последней пулемётной очередью. Одновременно он кричал в рацию, передавая координаты неприятельских сил.
Направив уже дымящийся обрубок своего самолёта вниз, наш герой мечтал лишь о том, чтобы попасть в самую гущу скопления немецкой техники.
Вильгельму Кнауфу же оставалось лишь сожалеть о своём плохо обученном компаньоне, похороненном в бескрайних русских просторах.
И вот Баранов на бешеной скорости врезался в эшелон с боеприпасами.
Когда он очнулся, то увидел вокруг себя умопомрачительной красоты пейзаж – ту самую долину, где он никогда на самом деле и не бывал.
Стадо овец купалось в сочной зелени, а ветерок колыхал залитый лучами заката чистый мирный воздух.
Но это случилось уже в его следующей жизни. | На этом всё. Спасибо персонажу Я_Недобитый.
Его идею по своему развернул.
Норм или ерунда получилось? | | Норм или ерунда получилось? "Красным" дедушкам понравится, для остальных - скорее ерунда какая-то, всё смешалось и выплюнулось. Это если по содержанию. И читается скучновато - как просмотр фильмов про войну которым лет 60 уже. |
К списку тем
|
