Форумы-->Творчество-->
| Автор | Эра Заката. Повстанцы./: биопанк-нуар, шпионский триллер, антиутопия. |
|---|
Глава первая
Ночная вода под веслом была тяжёлой — такой она бывает только в местах, куда уже полвека не заглядывало солнце. Лейла работала бесшумно, но каждый гребок отдавался в плечах тупой болью. Она давно перестала считать удары. Когда-то, в другой жизни, её учили, что правильный ритм — двадцать два гребка в минуту. Сейчас она просто гребла, потому что иначе они бы не ушли.
Первая очередь пришла ниоткуда. Трассеры резали воздух в сотне метров по левому борту — сухие, злые щелчки, от которых по коже бежали мурашки. Лейла инстинктивно пригнулась, бросив весло. Фонтанчики воды взметнулись у самого борта, обдав лицо солёными брызгами.
— Ганс! — крик вырвался сам собой. — Облава! Заводи!
Напарник лежал на дне лодки, укрытый рваным брезентом, и казался спящим — пока не открыл глаза. Один глаз был белым, слепым, второй — жёстким, навыкате. В свои пятьдесят с хвостиком Ганс выглядел на семьдесят: обвисшая кожа, прокуренные лёгкие, руки, покрытые татуировками, смысл которых он сам уже забыл.
— Вижу, — хрипло сказал он и, не вставая, дотянулся до мотора.
Ржавая посудина чихнула раз, другой. Ганс выругался — коротко, смачно, как умел только он. Пнул двигатель ногой. Тот закашлялся и заработал, дробно, неровно, но достаточно, чтобы лодка дёрнулась с места.
С правого борта накатывал второй катер. Лейла узнала его по силуэту — «Кракен», патрульный крейсер Отдела. Их было два, как всегда.
— Держи руль! — Ганс уже натягивал наушники, пальцы привычно искали ключ передатчика. — Я вызову подмогу.
— Помощи не будет! — крикнула она, но он не слышал.
Зажигательные пули теперь били по корпусу — ржавому, кое-как сваренному из листов, которые Ганс когда-то выменял на продукты у утилизаторов. Металл звенел, как колокол на похоронах. Очередь прошла в двух ладонях от её головы — Лейла почувствовала жар воздуха.
Голос из рупора долетел звонкий, без помех, будто говоривший стоял рядом: «Катер нарушителей! Немедленно заглушить двигатель. Руки за голову. Сопротивление бесполезно».
Лейла не смотрела на Ганса. Она знала, что он скажет. И он сказал:
«Да пошли вы!» — схватил автомат — старый, перемотанный синей изолентой, с прикладом, который держался на честном слове. Передёрнул затвор — и дал длинную очередь в сторону прожектора. Бесполезно. Но это было неважно.
— Груз, — сказала она себе. — Груз за борт.
Контейнер стоял у её ног — тяжёлый, обшитый резиной, с двумя замками, которые она открывала дрожащими пальцами. Внутри — тридцать килограммов порошка. Месяц работы. Семь жизней, зависимых от этого груза. Она толкнула его к борту. Контейнер качнулся, замер на мгновение — и пошёл вниз, в чёрную, маслянистую воду. Без всплеска. Без звука. Будто его никогда не было.
Ганс завалился на бок. Лейла не сразу поняла, что произошло. Он просто перестал стрелять — и осел, как мешок с углём, уткнувшись лицом в деревянный настил. Кровь текла из его шеи, пульсируя в такт сердцу — быстрым толчками, будто вода, которую заливают в пересохший колодец.
— Ганс! — Она подскочила к нему, упала на колени, попыталась прижать рану, но кровь просачивалась сквозь пальцы, тёплая и липкая.
— Дура, — прошептал он. — Не лезь. Рацию...
— Замолчи! — Она рвала рубашку, пыталась сделать жгут, но он оттолкнул её руку слабым, но настойчивым движением.
— Молчи на допросе. Скажешь — пленница. Судно... потерпело крушение. Не вздумай сознаваться.
— Ганс...
— Закрой глаза, — велел он. — Не смотри на меня.
И умер.
У неё было пять секунд. Может, восемь. Прожектор уже шарил по борту, выхватывая из темноты ржавые листы корпуса. Лейла подняла канистру — та была тяжёлая, с резким запахом бензина, который всегда оставался у неё на ладонях после каждой смены. Плеснула на передатчик. Чиркнула спичкой. Синяя вспышка осветила её лицо — на миг она увидела себя со стороны: грязная, мокрая, с глазами, в которых больше не осталось страха.
А потом она встала. Подняла руки. Прожектор упёрся ей в грудь белым квадратом света.
— Заглушить мото | — Заглушить мотор! — приказ из рупора уже не требовал, он констатировал факт.
Она повернула ручку регулятора, и движок умолк. Лодка закачалась на волнах, тихо, почти ласково, будто её баюкали. Хлопок травматического ружья она услышала после того, как почувствовала удар — в грудь, тяжело, наотмашь. Борт встретил её спину жёстко и холодно, и мир стал серым, а потом — чёрным.
***
Щель окна находилась над крышей мастерской, заваленной кучей аппаратуры, давно отслужившей свой век. Приборы, сконструированные до Режима, хаотично валялись вокруг. Детали, узлы, запчасти, индикаторы — всё это обретало вторую жизнь, новые предназначения.
Инженер Ларс, тайный лидер Сопротивления, ненавидел Ковенант. Основанный в эпоху Заката «правящий класс» прибрал к рукам ресурсы, законы, технологии. Режим третировал, угнетал, порабощал. Система запретов, доносов, мгновенных наказаний работала безукоризненно, круша волю бедствующего народа.
Среагировав на тревожный писк датчика, тщедушный учёный нацепил гарнитуру, жадно припал к точке связи. Удар кулаком по столешнице. Он непечатно выругался, отстучав сигналы «приём» и «эвакуация».
— Я так и знал. Дело насмарку.
Он повернул скрытый под креслом тумблер, вскочил и вперил взгляд в монитор. Стереть файлы — сюда явятся. Хаотично плясали мысли в возбуждённом мозгу. Пальцы порхали по засаленной клавиатуре. Что делать? Полицаи выпотрошат память курьеров, нагрянут на фабрику, вскроют запасы, казнят всех.
Крик из динамика разрезал эфир:
— Они уже здесь, нас сдали. Каковы будут инструкции?
— Обратный отсчёт, уходите. Ведите Ковенант по ложному следу.
— Что с продукцией? Товар забираем? — нервный голос на том конце эфира.
— Спасайтесь сами. Я прикрою. Бегите! | Ларс пнул лежавшую на полу деталь, потёр ушибленную ногу. Он вскочил и устремился наружу. В дыму заводских труб сектора, с помощью оптического прибора, учёный с трудом разглядел движение на нижнем ярусе. Времени на раздумья не оставалось.
Глава вторая
Когда-то, давно, мир дышал. Леса и поля, чистая вода, небо, которое было синим. Ларс не помнил этого. Он только слышал рассказы — от отца, от матери, от тех, кто потом тоже умер. Человек не умеет жить в мире, он умеет его ломать. Радиоактивная вода покрыла почти всё. Девятнадцать двадцатых поверхности. Пить нельзя, дышать — почти тоже.
Правители Режима сидели где-то наверху, в недосягаемой вышине. Никто их не видел, но их приказы спускались по стальной вертикали, давили, как бетон. А внизу люди сами собой делились на тех, кто не смеет поднять глаз, — поганцы; на тех, кто ещё может починить генератор или собрать передатчик, — механики; и на тех, с оружием, в чёрных катерах — армия, глаза и руки правителей. Во главе этой армии стоял Гуд Фиш — начальник Отдела, личный враг Ларса, человек, подписывавший приговоры не глядя и убивавший собственноручно.
Ларс помнил тот день. Ему было десять. Экран, трансляция казни. Мать упала лицом вниз. Отец — на спину, глядя в небо, которого больше не было.
— Безродных всегда проще сломать, — говорили воспитатели. Но он не сломался.
— Аманда, Хелен, Азар — сворачиваем! — Йозеф оттаскивал коллег от колб.
— Эвакуация! Уровень белый!
Снаружи — топот железных ботинок:
— Ни с места! Здание оцеплено!
Йозеф прижался к стене:
— Вход почти незаметен. Ларс обещал…
Аманда, рыжая, с глазами, которые не боялись смотреть в упор, усмехнулась: — Ага, прыгать в море — такое себе удовольствие.
Лаборатория была замаскирована под цистерну. Её могли вычислить только по наводке.
Ларс спустился по лестнице, глядя на дула винтовок. Он шёл медленно, с достоинством, хотя в груди всё сжималось.
— Руки в гору, ботаник!
— Тише, солдафон. Разгерметизация ступенчатая. Или взлететь на воздух хочешь?
Сержант схватил его, потащил в караулку. А внизу уже разгорался пожар. Йозеф просунул руку в вентиляцию, открыл клапан, и газ пошёл по трубам. Автоматический голос забормотал:
— Пожар! Тревога! Класс опасности — красный!
Захват был сорван. | Глава третья
Допрос длился больше часа. Лейла перестала считать время. Сначала она пыталась считать секунды под водой: раз, два, три. Потом сбилась, потому что лёгкие горели, а в ушах шумело так, что она перестала слышать собственные мысли.
Её держали за волосы, и она чувствовала, как пальцы впиваются в кожу, выдирают пряди. Она не видела их лиц.
— Имя! Должность! Сектор!
Вода заливалась в нос, в рот, в горло. Удар пришёлся в лицо — открытой ладонью, наотмашь. Голова мотнулась в сторону, и в ухе зазвенело тонко, противно.
— Упрямая, — сказал кто-то рядом. Голос был масляным, с хрипотцой.
— Люблю таких.
Человек в маске взял её за подбородок. Пальцы были влажными.
— Смотри на меня.
Она отвернулась. Горелка щёлкнула, жар лизнул лицо. Запах жжёных волос ударил в нос — едкий, тошнотворный.
— Кто послал? Скажи — и всё кончится!
Лейла засмеялась — хрипло, надрывно, захлёбываясь слюной.
«Вы не умеете допрашивать», — понимала девушка.
Удар. Снова. Сзади рычал бульдог — она слышала его дыхание, запах псины, мокрой шерсти. Кто-то схватил её за горло, сжал пальцы.
Она подумала: «Сейчас убьют меня».
И в этот момент завыла сирена.
Ларс ждал. Он знал, что сирена сработает — это было частью плана.
Сержант отвлёкся, и хватка его ослабла ровно настолько, что Ларс мог вырваться. Он ударил — коротко, в солнечное сплетение. Сержант сложился пополам, и Ларс рванул вперёд, перепрыгивая через ящики, через столы. Он бежал, и за спиной его топали ботинки. Он не оборачивался.
Выскочив на улицу, он прижался к стене. Пульс бился в висках. На запястье замигал красный сигнализатор — коротко, прерывисто. Она была жива. Он нырнул в сточную трубу. Вода была тёплой, неестественно тёплой, пахла химией. Запах въедался в ноздри, в горло, в лёгкие. Он плыл в темноте, чувствуя, как стены трубы сужаются, и знал, что в конце его ждёт ловушка. Но он продолжал плыть. | Глава четвёртая
Ларса выбросило из трубы, и он ударился плечом о бетонный край ямы. На мгновение он потерял ориентацию, потом оттолкнулся ногами от илистого дна и вынырнул. Он кашлял, выплёвывая грязную воду, и не сразу понял, где он. Тело не слушалось — ноги дрожали, плечи ныли. С трудом он поднялся и побрёл к бетонной плите.
В пятидесяти метрах — тюремный блок. Одноэтажный, серый, с железной дверью, которая была приоткрыта. У входа лежали трупы — их лица были разбиты в кровь. Ларс отвернулся.
— Открывайте! Доставка порошка!
Дверь приоткрылась, человек в балаклаве протянул руку:
— Давай сюда.
Ларс ударил камнем. Хрустнуло. Человек осел. Он стянул с него форму, натянул на себя, взял автомат.
— Билли, кто там? — раздался голос.
— Груз приехал, — копировал голос Ларс.
Ларс шагнул вперёд. Военный у двери посмотрел на него и всё понял. Ларс ударил ножом. Кровь хлынула на бетон. В углу стоял последний — с тесаком в руке. — Урою! — крикнул он.
Ларс прыгнул. Короткая схватка, всё кончилось.
Он подошёл к Лейле. Та лежала на полу, связанная, с окровавленным лицом. Он опустился на колени и начал развязывать верёвки.
— Я здесь.
Её глаза открылись.
— Ганс... Ганс мёртв.
— Знаю, — сказал он. — Молчи. | Глава пятая
Фиш смотрел на экран, пока изображение не погасло. Папка с отчётом на столе — имена, даты, координаты. Всё, что могло уничтожить сеть. Всё, что он уже знал. Он провёл ладонью по обложке, взял папку и, не глядя, бросил её в мусорную корзину. Вышел из кабинета. Коридор был пуст, только шаги гулко отдавались от стен. Лифт ждал. Кабина ушла вниз.
— Мальчишке пора узнать, — сказал он себе. — Почему он ещё жив? —
Ларс нёс Лейлу на руках. Она была лёгкой, слишком слабой. Он чувствовал её рёбра сквозь мокрую ткань, слышал её дыхание. Плечо болело, но он не замечал боли.
— Ты здесь? — прошептала она. — Но как? —
— Потом, — ответил он. — Сейчас дорога каждая минута. —
Он шагнул к двери. Стена дрогнула. Кусок бетона отъехал в сторону, и из проёма вышел Фиш с пистолетом. Он не целился — просто держал оружие, опустив ствол в пол.
— Я не буду стрелять, — сказал он. — Я хочу поговорить. —
Азар шёл по пустой улице. Хижины по обе стороны молчали, дроны кружили в вышине. Он вошёл в барак, откинул ковёр, поднял люк. В подвале горел тусклый свет. Мешки с порошком стояли вдоль стен. Трое мужчин фасовали товар, женщина пересчитывала деньги. Азар сел на ящик и стал ждать.
Йозеф спустился через несколько минут. Он выглядел бледным, руки его дрожали.
— Азар, — сказал он. — Захвати продукт на склад. Я принесу остатки. —
В голосе Йозефа было что-то, что заставило Азара насторожиться.
— Ладно, — сказал он. — Не задерживайся. —
Азар взял два мешка и пошёл к выходу. Когда он подходил к бараку, пуля вошла в плечо. Боль была резкой, горячей. Азар покачнулся, упал на колени. Сирена завыла. Сигнал к штурму. | Глава шестая
Фиш сидел на стуле. Пистолет лежал на колене — не в руке, не нацелен. Просто лежал.
— Я устал, — сказал он. — Устал от всего. —
— Ты лжёшь, — сказал Ларс. — Ты служишь правительству, убиваешь невинных. —
— Твой отец, — сказал Фиш. — Он не был предателем. Он узнал правду. И горько заплатил за это. —
— Какую правду? —
Фиш выдохнул — долго, тяжело, будто внутри него что-то ломалось.
— Правители — не люди. Они мутанты. Они управляют нами через страх. Ты не можешь стрелять в страх. Ты не можешь бомбить его. Он живёт у тебя в голове. —
— Ты говоришь, что убиваешь, чтобы спасать? — спросил Ларс. — Так рассказывают все палачи. —
— Да, — сказал Фиш. — Но палачи не ищут лекарство. А я в вечном поиске. —
Он замолчал. Где-то в глубине здания гудел генератор.
— Что ты хочешь от меня? —
— Новой формулы. Концентрат, который не убивает. Твой отец знал, что ты сможешь. —
— Он знал, что его убьют? —
Фиш не ответил. Он посмотрел в пол.
— Он сам выбрал. Это была единственная возможность тебя спасти. —
Ларс стоял неподвижно. Внутри него что-то оборвалось. И другое что-то рождалось на месте умершего.
— Я сделаю это, — сказал он. — Но не ради тебя. —
— Знаю, — сказал Фиш. | Глава седьмая
Шум в голове не унимался. Азар открыл глаза — вокруг мутные блики. Он помнил момент выстрела, боль в плече, тут же поглотившую его тьму. Сейчас он ничего не чувствовал, был парализован.
— Где я? — еле слышно произнёс он.
— Сейчас ты всё поймёшь, дождёмся остальных, — будто сквозь вату вещал голос. — С очкариком сам решай, что делать.
Когда туман перед взором рассеялся, Азар понял, что лежит на полу убежища, в которое стремился попасть. Крепко связанный по рукам и ногам Йозеф сидел в углу, он что-то бормотал.
— Аманда, ты? — более уверенно прохрипел Азар. — Но как?
— Он сдал нас властям. Тебя караулили всю дорогу до подполья. Мне удалось подкрасться к исполнителю, вырубить кирпичом в момент выстрела, — объяснила девушка. — Я получила сообщение от неизвестного абонента.
— А этот как здесь оказался? — недоумевал спасённый. — Пришёл сам и съел бутерброд, который Хелен начинила снотворным. Я всё рассказала ей. Поэтому мы нашли предлог раньше вас покинуть лабораторию.
— Что ещё? Как Ларс, Лейла, Ганс? — интересовался Азар.
— Будем ждать, отчёт о выполненном задании отправлен с карманного передатчика. Как ни странно, вместо железа в патроннике киллера оказались пули с сильнодействующим снотворным, — добавила Аманда.
Азар с трудом поднялся на ноги. Его покачивало. Опираясь о мешки с концентратом, он дотащил своё тело до монитора, тускло мерцающего в самом углу подвального помещения.
Над жилым кварталом, в отдалении от заводских труб, нависала дымовая завеса — в который раз Ковенант проводил очередную акцию устрашения. Тех, кто выходил на улицу, тут же окружали в противогазах и тепловизорах, тащили в казематы и начинали жёсткий допрос. Далеко не каждый возвращался. | Глава восьмая
Гигантские многолетние травянистые растения плавно качались в лучах закопчённого материком светила. Удушливый выброс, уже третий за последнюю неделю, возмущал островитян. Но варианта противодействия не находилось.
— Сегодня снова катер, нужно готовить груз, — темнокожий абориген взмахнул мачете, опустил руку на толстый древесный ствол.
— Как же. Они травят нас круглосуточно. Вчера выявили заболевших. Как получать товар — то всегда пожалуйста. А что касается лазаретного транспорта — дело случая, — жалобно произнёс напарник, поправляя косынку. Схожесть туземцев поражала воображение. Оба сверкали лысыми черепами, вдобавок у них отсутствовали почти все зубы.
— Без радиационного щита мы все здесь умрём. Что делать? — произнёс первый поселенец. Он почесал за ухом. Кровавые кусочки кожи остались под ногтями страдальца.
— Идти в добровольное услужение Режиму? Ни за что. Лучше не ждать катера, лечь на песок. Те, кого забрали на излечение, не вернулись. Никто, — отвечал второй, не прекращая монотонного труда.
— Что они дают взамен? Тухлые консервы из молекулярно переработанной человечины? Обманщики говорят, что это искусственно выращенная свинина. Я не доверяю властям!
— А что ты сделаешь, захватишь катер? Там пушек больше, чем на всём Острове. Предложишь отбить лодку у контрабандистов? Диверсанты — единственные порядочные бродяги, кто привозит готовый порошок, не требует покорности взамен, — отвечал приятель.
Они рубили дальше, и в тишине между ударами мачете слышались только тяжёлые сдавленные хрипы. Островитяне знали: их плантации гибнут, а катера Отдела не пропускают никого, кроме старых заводских пенсионеров — и то если те отработали тридцать лет. | Глава девятая
Тесная кабина лифта опускалась всё глубже.
— Подземный город? — думал Ларс. Лейла, взбодрённая приёмом дозы энергетика, уже могла стоять на ногах. Она обнимала учёного, с недоверием косилась на Фиша. Где-то в толще подземелья раздался писк. Проход был открыт.
Узкий длинный коридор озарился матовым светом. В нишах располагались встроенные резервуары из прозрачного стекла. В них что-то плавало.
— Это образцы мутации за последние 120 лет, катастрофа не пощадила никого, — рассказывал Фиш.
— Справа находятся жертвы радиации, которые не попали под электромагнитный щит. Оберег, разработанный технологиями Конвентанта, — он развернулся в противоположную сторону и продолжил: — А тут мы видим истощённые трупы несчастных, использовавшихся на вредных работах.
Первые тела оказались изъедены ужасными струпьями, что гноились даже после консервации. Остальные экземпляры — это сморщенные молодые старики, костные фрагменты которых выпирали из суставных сумок.
— Это невиданно. Мы не встречали таких людей? — удивлённо воскликнула окончательно пришедшая в себя Лейла.
— Красавица, ты думаешь, разведывательные аппараты вхолостую кружат над кварталами бедняков? Считаешь, что поганцы просто так пропадают без следа? Изменения скрываются. В противном случае крупный бунт неизбежен. Путь на острова заказан. Попасть туда — бесполезная затея. Щит на самом деле простирается только над поверхностью территории Правительства, — объяснял Фиш.
— А что, если ты водишь нас за нос, командир? — предположил Ларс.
— Главного вы ещё не поняли. Впереди, — он вышел вперёд, увлекая за собою невольных спутников.
Колоссальная по масштабам барокамера находилась дальше. В разветвлённых многоэтажных отсеках агрегата сквозь толстые линзы иллюминаторов можно было разглядеть невиданное зрелище. Тела пациентов насквозь прорастали древесными побегами. Корни сплетались в замысловатые узоры — необычайно разнообразных форм и сочетаний. Самые старые творения немыслимой мутации представляли из себя буквально живые травянистые деревья, обладающие человеческими органами зрения, обоняния, слуха. Толстые ветви намекали на переродившиеся конечности.
— Всему виною погрешность в формуле концентрата, — Фиш кивнул на карту, где острова кольцом охватывали материк. — Порошок спасает от истощения, но плантации заражены, как и те, кто там живёт.
— И что, мы здесь для экскурсии? — Ларс не выдержал, закричал на полковника.
— Талантливых учёных почти не осталось, — Фиш говорил глухо, будто вытаскивал слова из себя. — Те, кто правит, — мутанты. Их тела перерабатывают яд бананового порошка, а мы умираем. Нужна новая формула. Когда мы станем сильнее, проживём дольше, получим иммунитет — тогда можно будет свергнуть Режим и установить свою власть. Справедливую. Ради этого и погибли твои родители. Они знали, что ты сможешь.
— Чего ты ждал все эти годы? — голос Ларса дрогнул. — Сам жив, а они?
— Прежние попытки провалились, — Фиш покачал головой. — Мои сотрудники — почти все в этих шарах или в земле. Я не мутировал, потому что не ел концентрат и не ел режимного мяса. Консервы, которыми кормят девяносто пять процентов народа, сделаны из модифицированных молекул трупов заражённых.
— Значит, энергетик и консервы меняют плоть? А ты чем питался, гад? — Лейла угрожающе шагнула вперёд.
— Объедками со стола Всемогущих, — Фиш не поднял головы. — Они очищают продукты своей магией. Нам нужна наука. И как можно быстрее.
Тишина. Только тихие стоны из-под купола напоминали о том, что выбора у них нет. | Глава десятая
Атомная субмарина, проплывающая вдоль Континента у самого дна, вздрогнула. Инфразвуковая волна поднималась. Разумное остромордое биомеханическое создание расправило крылья, устремилось к материку. Ментальный страх уже обволакивал каждое живое существо. Слабые не выдерживали: их сердца разрывались, словно при остром приступе.
— Детали позже. Нужно принимать решение, — заключил полковник. — Если мы не успеем, тогда будет потеряно время.
Учёный, диверсантка и военный лидер шли по замысловато петляющему лабиринту, ступая на загорающиеся впереди красные пунктиры освещения. Очередной подъёмный механизм скрипнул и плавно потянул троицу вверх.
Азар и Аманда чувствовали мерзкую, тошнотворную, лавиной подступающую дрожь.
— Опять началось, — сокрушалась девушка. — Каждый пятнадцатый погибнет, таковы цифры статистики.
— Хелен может не успеть. Посмотри радар, предупреди, если сможешь, — беспокоился Азар.
Он понимал, что «волну» можно почувствовать лишь в замкнутом помещении. На открытом воздухе атакующая мощь убивает незаметно. Никому неизвестно, насколько близко пролетит объект.
Люк приподнялся. Вслед за напарницей в убежище буквально влетел Ларс, за ним — Лейла. Последним спустился Фиш.
— Но как? — гневный взгляд, направленный на предателя, не предвещал компромисса. Ожидавшие растерянно оглядывали вновь прибывших. Они недоумевали, что будет дальше и как действовать.
— Отныне мы будем работать вместе с полковником. Отдел контроля поможет изобрести новую формулу и правильный рацион. Иначе мы все погибнем, — сказал Ларс.
— Он обманул тебя, друг. А Йозеф предал нас — выдал маршрут рейса и убежище. Не верь, — холодно произнёс Азар, нацелив короткоствольный дробовик в грудь военачальника.
— Фиш убедил нас с Лейлой. Терять нечего, совсем. Мы пришли сюда, чтобы предложить вам выбор. Я приму любое ваше решение, — промолвил инженер и сдавил виски. Волна начинала действовать.
Все посмотрели на Йозефа. Потом на Ларса.
— Судить тебе. Это был твой человек, — произнёс полковник голосом, лишённым всякой интонации.
— Он больше не в команде, но я не хочу лишних смертей. Пусть забирает свои деньги и проваливает. Согласны? — инженер обвёл взглядом собравшихся. Повисло молчание.
— Изменник, уходи, — пнул по голени Йозефа Азар, но тот не ответил ни сразу, ни после. Ментальное давление тихо и незаметно убило слабый организм.
— Не важно, судьба это или случай, — промолвил Фиш и кивнул. — Надо возвращаться, пока нас не вычислили. Я создам для вас новые имена. Придётся затеряться в военной машине.
Группа двинулась к бетонной колонне, опутанной стальными конструкциями. Ветер рвал клубы дыма и уносил их к островам. Никто не оглянулся назад. | Топ
Проду
Жесткий мир. Я в такой не умею. |
К списку тем
|
