Форумы-->Творчество-->
<<|<|54|55|56|57|58|59|60|61|62|63|64
| Автор | Иной мир: Лестница. Песочница. (продолжение) |
|---|
И тут же получила разряд из «снежинки», что казалась украшением стены. Пришлось атаковать и ее. «Ожили» и остальные украшения, разразившиеся стихийными ударами. Правда, их сила уменьшалась с каждым падением «украшения. В награду выдавался случайный процент на любую характеристику, как основную, так и дополнительную. В рядах «дворников» пошло сдержанное ликование.
- Чем больше набьем «снежинок», тем сильнее будем, - заявил «воздушник», сбивая очередное «украшение». – О, процент на ловкость. Приятно!
«Штрафная» едва не выругалась, поскольку ей от такой «игры» ничего не достанется. Ей придется качаться на собственных силах. И пример не заставил себя долго ждать, выбираясь из-за развилки. Ну, да. Никто не говорил, что сзади врагов не может быть. Это лабиринт в праздник, а веселье должно продолжаться!
Обычно все предполагают, что лабиринт – узкое и очень неудобное место из-за низких потолков и возможных ловушек. Все именно так, но попадались участки, где вполне мог летать и «Зорро». И ловушки имели место быть. Куда же без них в таком-то мире?
Нападавшие держали постоянно в тонусе «гостей» лабиринта, подбрасывая им разные фокусы со своей стороны. Пришлось изворачиваться, чтобы и выжить, и добыть трофеи. И «штрафная» не осталась обделенной от таких щедрот! И ей то и дело помогали те, кто оказывался рядом, прикрывая тыл и «помогая». И симбионт открыл ей глаз на «украшения», которые были ранее сбиты, теперь начинали появляться за ней через каких-то шесть метров, словно возрождаясь. Хотела быстро пробежаться к ним, но затею прервало появление очередного монстра и началась битва. Вскоре трофей та передала в «копилку», и сбросила зелье на манну в котел, на всякий случай. Случай приключился сразу же, как только «дворники» прошли очередную развилку. И в тыл пошли следующие два монстра. Пришлось держать удар, и группа помогла своей мощью, нанося урон больше, чем «штрафная». «Зорро» так же старался, высовываясь из-за решеток. И так шаг за шагом.
Тайники пришлось искать, нарываясь на ловушки. Следует заметить, что кое-где встречалась «серая» брошенная амуниция. Вполне возможно, что освобождали место под более выгодные трофеи.
- Мы-таки можем использовать тайники, - заявил «_ЛаЗаРь – 001», поглядывая на уже пустое место тайника. – Можем положить что-то менее ценное, чтобы не носить постоянно. На обратном пути заберем. У меня есть карта.
- Разумно, - сказал «Шонир», скинув туда недавно поднятые «серые» вещички. – Всяко лучше и место есть, и знаем, где заберем.
Сказано – сделано! Даже если и исчезнут – не велика беда, поскольку трофеи со «звездой» и печатью праздника гораздо ценнее обычного «серого» хлама даже из-за коротких сроков: всего праздничная неделя! В таком-то обвесе, словно «елки» в праздничную ночь, можно раскатывать район над бездной, как асфальтным катком. А трофеи всегда можно либо продать, либо обменять на единицы смотрителя или властелина «кусков». Кто знает, что может пригодится в будущем? Без первого можно и не попасть к второму… | А ей все эти «украшения» ни к чему, поскольку ее «комплект» обнулял все их бонусы. И «штрафная» в очередной раз лихо шла вперед, залетая со спины. Она всегда засылала «Зорро» пролететь иглой сквозь нападающих, когда была возможность расправить крылья. Очень странные ситуации начали происходить в коридорах лабиринта. «Дворники» выработали стратегию: «землекоп»-«воздушник»-«воздушник»-«водяной»-«помогай»-«водяной»-«огневик»-«воздушка»-«землекоп». И атаки из-под «щита» и отскок за камень – вполне безопасен. Защита практически на все сто! Таким «поездом» обычно и проходили лабиринты практически все группы. Этому посвящены целые пошаговые описания прохождения в около игровых форумах, основанные на тех самых обычных стримах. И «дворники» ничего придумывать не стали: «что работает, то и побеждает!» До определенного момента!
Никто не заинтересован в вылете команды из лабиринта в праздничную ночь! Зачем же стирать в «порошок» сразу же, если можно элегантно и великолепно заставить противника в очередной раз прыгать выше головы и кусать собственные локти, выворачиваясь из-под коленей? Видели ли вы сплоченный коллектив бесов, которые в любой момент готов сбежать от угрозы? Прятаться за камнями «землекопов» или за камнями самого лабиринта.
Странности начались, когда стали, словно живые, двигаться стены лабиринта. И вот группа идет, защищенная со всех сторон стенами из того же камня. Никто не пройдет. Никто не запрыгнет. Идут аккуратно, понимая, что могут быть и ловушки. А тут раз: и стены разошлись едва ли не в площадку. Как так можно, особенно в момент появления нескольких монстров? Приходится менять построение. И сзади так же заходят монстры, поддавливая тыл. Вроде бы и бой идет, и обе стороны попривыкли к агрессии, а стены начали сжиматься! И меняется построение пока группу не начинает «плющить» и сдавливать камнями лабиринта. А самое паскудное то, что не прерывная стена коридора начинает «ломаться», являя те самые развилки, с которых лезут монстры! И когда вы приплюснуты к стене, трудно отбиваться от врага!
«Изюминками» праздничного лабиринта стали возрождающиеся «снежинки». Они лупили зарядами стихий всех, кто находился в коридоре. Почему «изюминка»? Они своими разрядами давали и отбирали бонусы всех характеристик противников с обоих сторон. И то, что их сбивали с одной части коридора, не могло остановить то, что появлялось в другой части. Так чаши весов хаотично болтались от начала и до конца коридора, пока группа не попадала в зал, где места больше и противники лучше. И да, по тем самым стенам так же расползались «снежинки». Одни выпускали струю огня, другие – «шаровые» молнии, третьи метали камни, лили воду и давили силой воздуха. И когда две стихии входили в усилении, надежда была только в том, чтобы ударило по противнику и не зацепило никого из своих!
И когда вы «разматываете» под «усилениями» в легкую монстров прилетает «двойное» уменьшение, то становится печально, поскольку видишь, как монстр становится сильнее и мощнее и оживает, увеличивая регенерацию. И нужно было решать, то ли сбивать «снежинки», то ли бить монстров. А со временем бонусы «снежинок» поднимались, окрашиваясь в самые странные расцветки. Тут и случилась очередная странность: заряды стихий начали дублироваться, подхватывая заманчивые на «включение» и «отключение» некоторых характеристик на какой-то срок.
- Сбивайте «снежинки»! – орал «КоЛеСо», носясь по залу, где добивали очередного монстра. – Нас так отминусуют быстро! | Странная забава выключать на минуту характеристику «атаки» или «защиты». Ну, да не можете атаковать минуту, а ловить удары многим, вообще, нельзя. Это называлось «заморозкой». Не повезло тем, кто поймал на себе несколько таких «заморозок». Их сильно били монстры, а вместо отлета в знак стихии (кто же их выпустит?!) превращались в ледяные фигуры. Обе стороны приходили в чувство и с особым азартом агрессии лупили друг дружку. А сзади в зал к тому времени подходило несколько монстров.
- Наше спасение в движении, - говорил «КоЛеСо», собирая трофеи и передавая их «помогаю». – И убираемся отсюда, пока не застряли!
И чем дальше продвигались, тем чаще им приходилось терять время на «замороженных», сбивая накал «бонусов» от «снежинок». И все меньше попадалось им слабые монстры, а все больше тех, с кем приходилось потягаться даже в стиле «елки» и под бонусами увеличения. В ход пошли уже и зелья на манну, и праздничное на усиление умений стихии на пять процентом длительностью на час. Вся группа и вместе с ними «штрафная» и «помогай» тянули момент употребления последнего зелья до встречи с боссом лабиринта шестого уровня со «звездой». Они к тому моменту уже управились с двумя из них уровнями поменьше. Обычно они выходили в зал, где их ждал босс уровня в гордом одиночестве. Ага, как смешно! Какая радость отбуцать толпой, разряженной в пух и прах, одного босса уровня! Им показали наличие «толпы», но в меньшем количестве на четвертом уровне, чуть больше – на пятом, а когда вступили в зал с боссом шестого уровня, смело выпрыгнули назад!
Да, их там было шестеро! И они занимали практически большую часть зала. И входов в зал было так же шесть. Пришлось соображать исходя из того, что есть. Некоторым пришлось заниматься в паре, а некоторым гордо держать оборону. И этот самый нехороший босс вклинивался в проходившие бои, вставляя свои «пять копеек». Становилось тяжеловато и сумрачно от тех мыслей, что накатывались с очередной атакой. Вот та самая вершина и вон сколько трофеев со «звездой» можно отхватить, если их всех ушатать!
Собирали все, что только возможно. И «помогай» открыл для них собственный котел, чтобы сняли одну амуницию и одели трофеи, которые имели больше возможностей в борьбе. Всех душили собственные жабы, поскольку «битый» праздничный трофей стоил в разы меньше. Исходя из того, что после финального босса уровня потребуется вернуться назад, то сила монстров так же изменится. И далеко не факт, что в меньшую сторону. Какая радость от того, что монстры пачками сложатся в коридорах? Устанете тащить трофеи. Даже «помогай» всего не вытянет. И его, так же обвешанного трофеями запустили в зал, чтобы отвлечь внимание на себя для лучшей позиции очередного «дворника».
«Цветочек» сражалась вместе с «Зорро», который только и мог, что вытаскивать свою морду в момент атаки и вгрызаться в них, забирая хоть что-то из их родников. Вся битва колыхалась на минимальных условностях. Они вгрызались в монстров и стачивали их, жертвуя и собой. «Ледяные статуи» появлялись уже все чаще, и вскоре стали украшением зала с боссом шестого уровня. Они добились своего такой ценой. Теперь их будет много, а босс – один!
И все увидели, как на стенах зала восстановились все «снежинки», начавшие переливаться разными цветами и оттенками. И очень трудно стало не попасть под их выстрелы, пытаясь увернуться и от атаки босса уровня. Это была просто бойня в праздничном исполнении. А когда из «снежинок» начали вылезать странные существа, тут все выдали вместе весьма знакомые всем слова, что сводилось к природному ощущению необычайных возможностей. Эти сущности, исходя из цветовой гаммы, могли напасть и на босса лабиринта, и на группу бесов. Понять и просчитать смену перемен было трудно в таких поединках из ничего. Решение приняли сразу и разбивали их, как только шла агрессия на группу. | «Огневик» «РасТаМэН» начал хитрить, выцеливая момент, когда огненный шар мог попасть и в босса, и краем задеть «снеговика». Приходилось действовать быстрее, поскольку «снеговики» владели неистово хорошо магией льда, выращивая ледяные клинки и стрелы для луков. Конечно, это обычный лед, усиленный магией, но этого хватало, чтобы одна материя пробивала другую. Да, она пронизывала бесов и разбивалась в куски. Тут же таяла, превращаясь в воду. Хуже было, когда из той лужицы валил столб огня. Не для многих. «Огневик» носился в поисках такого чуда, поскольку путем не хитрых манипуляций, а именно: сбивания у самого низа, можно найти камень огня небольших единиц.
Еще через пару минут, путем таких же движений лапками, бесы взвыли: камни стихий стали более важны, чем камни манны. И начался адский вынос этих самых «снежных» сущностей. Пристроили к делу «штрафную» и «помогая», который лупил по ним своим не очень сильным «молотом». В основном все дело держалось на голове «Зорро», что поглощала большую часть манны из их родников. И тогда «дворники» заметили, как со стен исчезали «снежинки». А между тем «дворники» очень сильно старались над тушей вожака уровня. И как не стараться, когда тот начинал «плодить» какие-то мелкие отродья, что агрессивно нападали на всех, пока не исчезали под ударами атакующих. Они выдержали такие три «волны», и последняя из них удивила мощью и стойкостью сущностей. Правда, босс уровня находился в красном секторе, но не прекращал крошить всех сильными ударами, чередуя с «критическими». А «штрафная» просто впилась в него своим шипом и тянула манну, а «Зорро» пытался дотянуться до его «родника».
И настал момент последнего удара, поскольку только один станет победителем. «Цветочек» отпрянула от туши босса, чтобы самой не попасть под немыслимую «раздачу», доведенных до крайнего азарта, «дворников». Только и успела сгруппироваться и сесть на колени, поджав хвост. Она видела со стороны, как эпично-феерично распадался на куски босс уровня. И увиденное поразило многих: вместо натурального босса, как и обычно прописанного в «Альманахе», оказалась снежная сущность. Сущность обычного босса исчезла, а на камни стали падать куски льда. И каждый из них превращался в камень воды. «Водяные» пытались прибрать их своими лапками. Разве плохо получить едва ли не по полсотни единиц разом? Праздничные трофеи подобраны и скинуты «помогаю». В честь такого события им еще и немного золотых монет подбросили.
- А ты почему не участвовала? – поинтересовался «КоЛеСо», повернувшись к «штрафной».
- Вам это нужнее, - ответила та, оскалившись. – Без вашей группы у меня ничего бы не получилось, а так и я прокачалась, и «Зорро» немного наелся. В итоге и мне что-то перепадет.
- Всем хватит, - сказал «Петрович», собирая «молот». – С таким успехом можно и «тетраэдр» собрать.
- А это очень неплохо, - отозвалась «РоМаШкА», направившись к «Цветочку». – Набрала на «пятигранник»? | - Да, - «штрафная» оскалилась. – Я готова к обмену.
Ничего нового и необычного не произошло. Обе «воздушки» получили то, что хотели. «Цветочек» выставила на обмен и те камни стихий, что заработала до этого в лабиринте. «Воздушник» «КоЛеСо» обменял на полученные камни воздуха свой последний пятигранник.
- Я полагаю, что все обмены пока завершились? – поинтересовался «КоЛеСо», направляясь из зала. – Собрались и на выход! Нам нужно добраться к тому маленькому залу, чтобы потом отнести все трофеи и получить очень нужное золото!
И кто сказал, что назад путь будет легким? Нет, праздник еще не завершился, а посему и трофеи на бесах никто менять не стал. Куда их снимать, если кое-как удавалось с их помощью вытаскивать последующие бои? «Комбайнерство» сменилось «праздничным» геноцидом с обоих сторон. Щекотали нервы всеми доступными методами: пролезали в игольное ушко всем составом, балансируя на тонком лезвие случайности. Кому-то везло и не попадали на «заморозку», а кому-то везло меньше. Последняя давала новые возможности самим «водяным» усиливая их умения. Они очень сильно смахивали на тех самых сущностей, что появлялись из «снежинок».
Битва за выход из лабиринта достигла очередного накала на полпути к заветному залу. Пожалуй, так сильно им не приходилось сражаться даже с боссом уровня и его сущностями. Им давали шансы заработать трофеи своим трудом и разумом, выжимая, словно лимон. Правда, их трофеями не особо баловали, хоть и со «звездой» шли. Их устраивали и зелье на манну и восстановление ее. Не всем, но вместо камней стихий выпадали и камни манны, но с небольшими единицами. Хотелось бы больше, но не судьба, а иначе – не могло и быть.
Стены лабиринта стали шире, и монстры начинали «кружить вокруг «дворников». Последние, недолго думая, начали свои атаки в обратном направлении, одаривая всех, до кого смогли дотянуться. И «помогай» вносил свою лепту, обрушая молот на туши монстров, выбивая из них ледяное крошево. Правда, не все монстры были ледяными сущностями, и по этому поводу «водяной» «_ЛаЗаРь – 001» очень сокрушался.
- Не будет-таки большого гешефта, - говорил тот, подбирая в очередной раз камень воды.
«Дворники» смеялись и неистово бросались в бой, закидываясь зельем на манну. «Как заправишь, так поедешь» - гласил не писанный девиз водителей. Они и сами уже еле-еле передвигались, отяжеленные трофеями. Положенные в тайники, «серые» вещицы никуда не исчезли и их забрали, чтобы «добро не пропадало. Ничего из этого «штрафной» не досталось, и сама была бы рада тащить меньше груза, а набивать больше умений для себя любимой.
Да, последний бой повторил первый с точностью до наоборот. Лихо начавшие поход в лабиринт на слабых монстрах, бесы дрались и выли от натуги в прямом смысле. Никто не ожидал подобного от последних монстров лабиринта. И «Зорро» уже не мог оказать посильной помощи, поскольку в очень побитом состоянии валялся в клетке амулета души. И «штрафная» покусывала монстров, поглощая нужные для атаки манну. | Практически все бесы доигрывали прохождение завершающего боя в «красном» секторе. И не миновала чаша критического последнего удара многих из группы. Тут и отскок не выручит, когда сотни ледяных игл пробивали тушки бесов в трофеях. И вновь ледяные статуи в зале. Падали снежинки, собираясь в поздравление с Новым Годом! Красиво украшали и выпавшие трофеи. Милая открыточная красота вспыхнула ярким адским пламенем, словно снег – помесь горючих материалов. Он-то и дал возможность прийти в бытие бесам, оказав праздничную магию и лишив их неподвижности. Так же быстро и исчез. Появился выход из лабиринта.
- Ну, шагнули, - сказал «землекоп» «Петрович», направляясь на выход.
Исчезать из лабиринта не хотелось, ведь они его прошли. И к тому же он – праздничный! Шли своими копытами, а тут просто исчезнуть, чтобы появится на «куске»? Входили достойно и так же должны выйти.
«Цветочек» почувствовала удар сокрушительной силы сзади. И стала каменной статуэткой. Ее подняли и понесли на вход. Последний, выходивший из лабиринта, просто швырнул ее на камни пола. Послышался лишь треск разбившейся статуэтки. Выход исчез, явив собой серую каменную стену…
Конец второй части. 29.01.2025 год. | Часть третья.
Глава первая. Круг третий. Шаг вперед и два назад.
У Ольги выражение на лице больше походило на обычную театральную маску. Ее одели, чтобы скрыть все эмоции, а не только часть лица. Она сопела, прерывисто дыша.Только через минуту пришла в чувство от нестерпимой боли в пальцах. До сих пор сжимала «мышь», не осознавая этого. Ее распирало большое количество чувств: тут и гнев, и ярость, и не понимание. Первое, что взорвало ее душу был один только вопрос: кто?! Правда, на него та сейчас ответить не могла. Все, что видела на мониторе – каменная кладка лабиринта и ничего более. И действовать так же не могла из-за разбитой статуи. Длительность составляла всего десять минут, а над головой ее все тем же цветом пылали часы, указывавшие не столько часы, сколько дни, а то и неделю.
- Праздничные выходные, - прошипела Ольга, массируя пальцы. – Посмотрим, что будет завтра.
И вышла из игры, отключив компьютер.
Прислушалась. В доме тихо. Торшер у кресла потушен, а значит: отец ушел отдыхать. «И правильно, - подумалось ей. – Лучше отдыхать, чем слушать не понятно что». Но и не сразу поспешила к кровати. Куда катится с такими-то наплывами страстей? Она в постели с ними не уснет, а переживать повторно – нет ни малейшего желания!
Выкатываться на веранду особого стремления так же не наблюдалось. И зачем? Тревожить собаку, которая выйдет из будки, когда пригрелась, чтобы приветствовать молодую хозяйку, которой не спится? Животные, как и люди, должны отдыхать. «У нее не работа, - подумала та. – У нее жизнь. Жизнь, как работа. И собака выйдет из будки, а вот кот вряд ли поднимется с нагретого места на подушке».
И покатила в ванную, чтобы освежится и принять душ. Несколько контрастных серий душа разгоняли все надуманные и пришлые эмоции. Ей вспомнилось, как в спортивной школе, после первой особо трудной и затяжной тренировки, еле зашла в душ. Стащила с себя форму, помогая ногтями, поскольку та становилась «дубовой» от пота и липла так, словно вторая кожа. Обычно она грелась в теплой воде и ее мышцы расслаблялись.Ну, да, до момента пока Светка не включила холодную воду. Визг – это вполне природный звук от огромной неожиданности. Пробрало от головы до кончиков пальцев на ногах, словно током. А подружка только улыбку тянет, словно Чеширский кот. Она сама стоит под контрастным душем. Холодная вода летит в разные стороны, и подружки повизгивают и стараются увернуться, прижимаясь к теплой воде соседних мест. Потом идет горячая вода, и пар под потолок. Пару таких заходов, и Светка одна из первых идет переодеваться, чтобы покинуть школу. И Ольга пристрастилась к подобным ощущениям. Появлялась бодрость и легкость. Ее хватало только до момента, чтобы поесть вкусностей от бабушки на кухне и добраться до своей постели. И ее накрывал сон. Ни о чем не приходилось и думать. | Растиралась полотенцем до состояния легкого жжения кожи и появления розового румянца. Провела рукой по нему. Вещь из Поднебесной. Уже столько лет, а практически, как новое. Что смогла купить на деньги, что были, то в руках и осталось. Хлопнула по ногам ладонями, но никакого «отзыва» не получила. Выдохнула и натянула свою обычную «ночную рубашку», приготовленную мамой, и покатила к постели. Стоит заметить, что куда-то подевались толпившиеся мысли, эмоции, бившие через край, а ее посетило спокойствие, и тяжесть как-то куда-то пропала. Остановилась у постели. Аккуратно перебралась на нее. Уложила ноги и подвинула табурет с «уткой», на всякий случай. Укрылась и закрыла глаза.
* * *
Ольга осмотрелась. То, что было вокруг нее, явно никак не похоже на ее дом. Все, что вокруг нее, больше напоминало ей больницу, в которых находилась после несчастных случаев. Кровать. Тумбочка. Либо окрашенные масляной краской панелями стены палаты, либо «закатанные на «новый лад» водоэмульсионной краской. В «вип» палатах на два человека обычно либо обои, либо венецианская штукатурка короед в неброских и нежных тонах. В «старых» палатах окно было только одно, чтобы смотреть на улицу, а в новых выходило в коридор, чтобы медперсонал мог быстро реагировать на возникшие проблемы.
Находилась в палате с одним окном. Определить свой возраст та никак не могла, поскольку зеркала нет, а четыре кровати есть в наличии. Ее порадовало то, что не реанимация, и не травматология, где в одной позе лежала практически неделями. Не стояли те «растяжки под весом и нет тех «уток». Появление здесь ее встревожило, и та не только взглядом прошлась по мебели: заглядывала в тумбочки, на постель, чтобы узнать семейный комплект семьи Подсолнух. И ее интересовало наличие той самой «спортивной» сумки.
Осмотрела себя. Повертелась немного. Стоит на ногах, а это значит, что до «большой» травмы. Нашла кровать с своим комплектом сразу. Кто же не увидит лужайку цветов на постели? Сама выбирала, как символ своего прозвища «Цветочек». Они ее радовали, когда настроение почему-то куда-то исчезало.
Прошла к окну. Там все в черно-серых тонах. Вид на деревья и ближайшие дома не мог дать однозначного ответа в каком именно месте находится. Город – это понятно, но явно не центральная городская, поскольку там не такие по форме беседки и не такие лавочки. Еще пальцами коснулась батарей, чтобы понять: горячие или нет? «Голые» деревья указывали от конец осени до начала весны. Дождя нет, как и снега, и Ольга убрала от батареи пальцы. Одна часть батареи жутко горячая, а вторая, как-то странно, но покрылась инеем.
- И такое бывает, - заявил девичий голос. | На стук закрывшейся двери в палату, та повернула голову. В форме «палатной» медсестры появилась бесовка, цокота копытцами и в интересе повиливая хвостом. Ольга поглядывала на нее, но халат действительно резал глаза своей белизной. Она принесла маленький поднос с таблетками.
- Пришло время для лечения, - заявила та, ей подмигнув. – Очень надеюсь, что ты не желаешь находится здесь. Я ошибаюсь?
- Нет, - ответила Ольга, кивнув. – А без обычной одежды мне не выйти.
- Забавно. Когда это нас сдерживала нагота? Погоди. На тебе есть одежда. Надо просто придумать, как тебе выйти. Могу дать тебе мой комплект. Я бы посмотрела на тебя, как на медсестру. «Штрафная» хихикнула. – Почему бы и нет? Кем ты только не была.
Правда, ни халатик, ни колпак не сняла. Явно красовалась перед ней. Взяла стаканчик с таблетками и протянула Ольге.
- Твоя доза, подружка, - сказала та вполне серьезно. – И, разумеется, это не таблетки, а леденцы. Ты сама подумай: где я, а где таблетки?
Но пить не стала, отставив на тумбочку. Вышла в коридор. «Штрафная» высунулась за ней, положив лапку на плечо. Никогда бы Ольга не подумала, что ее «лапка» столько весит! Еще меньше могла понять, как в одно и то же время может быть и горячей, и холодной? Ну, да от этого ее и в пот прошибло и едва не залязгала зубами.
- Не надо столько эмоций от моего касания, - прошептала та, направляясь к столу «палатной» медсестры. – Сейчас мы уладим твою проблему с вещами. Совсем простенькое дельце, - и подняла трубку.
Коготком провела по указателю номеров. Остановилась на нескольких из них и сделала туда звонки, разговаривая явно не своим голосом. Да, и бейджика с личными данными у нее не было. И получив, вероятно, какие-то ответы направилась в кабинет старшей медсестры. Затем там немного побыла и легкой воздушной птичкой-невеличкой пролетела мимо, обдав ее потоком горячего воздуха. Скрылась в «ординаторской», а потом постучалась в кабинет к «заведующему отделению». Однако последнее не увенчалось успехом. Та исчезла в раздевалке персонала. Вернулась в чей-то одежде и быстро вышла из отделения.
Ольга не особо верила тому, что делает бесовка. И прошла к двери, чтобы в маленькое окошко посмотреть: где находится сейчас «палатная медсестра»?
- Отойдите от двери, - услышала голос совершенно взрослый голос.
Повернулась в ее сторону. За столом сидела настоящая «палатная» медсестра лет 40-45 с бейджиком на верхнем кармане. Она отвлеклась от заполнения журнала именно в тот момент, когда закрылась дверь. «Видела ли она бесовку? - подумалось ей, отходя в сторону зоны отдыха с папоротником и мягкими скамейками. – Откуда ей ее видеть?»
И тогда Ольга направилась к окну, чтобы оттуда видеть дорогу к входу в корпус. Остальные «пожарные» входы обычно закрыты. Особо и смотреть там не на что, да и не на кого. Люди в неброских по цвету куртках проходили и исчезали быстро, чтобы не находится здесь. Попыталась позаглядывать в окна домов, но особо ничего не увидела. Ее интересовала только мысль о том: как и где появится бесовка? | Как только та об этом подумала, так та и появилась. Однако не в виде медсестры, а в виде худощавой санитарки отделения. Она несла мешок больницы с штемпелем, биркой, держа за ремешок. Самое странное то, что «палатная» медсестра продолжила заполнять журнал. Что же касается «санитарки» с мешком, так та ей подмигнула. Оскалилась, показав свои клыки. Подмигнула, жестом указав на палату. В коридоре уже прохаживались больные, которым надоело лежание на кровати и процедуры еще не подошли по очереди. И Ольга зашла в палату. Там так же присутствовали больные.
- Одевайтесь, - сказала санитарка. – Возьмите с собой полотенце. Я подожду за дверью. Не забудьте бланк на процедуры. Мешок оставите на стуле.
И вышла из палаты. Ольга стала переодеваться. Ее любимые вещи, но хоть убей, не могла понять, как те здесь оказались? Каждая вещь из разного времени! Скажу больше, они были почему-то одного нужного размера! И та, конечно, переоделась. Больничный мешок с номером и биркой оставила на стуле, как обговаривалось. Полотенце взяла с кровати, а процедурный лист с тумбочки. Словом, через минуту она уже вышла, полностью одетая. И просто пошла к двери. Медсестра отвлеклась и встала, направившись за ней. Еще миг, и вот дверь. Ольга думала, что та ее остановит, но медсестра прошла мимо, а санитарка прикрыла ее собственной спиной. И дальше по лестнице вниз к выходу из корпуса. Им встречались люди поднимавшиеся и спускавшиеся им на встречу.
И вот они уже на улице. И никто, и ничто не может их удержать! И тут почему-то возникает сам собой странный вопрос: куда дальше идти? Согласитесь, когда есть желание сбежать откуда-то, то должно быть место, куда следует прийти. Опять же если нет цели простого побега…
- Никогда не смотри назад! – прошипела бесовка, когда Ольга просто повернулась, чтобы хотя бы для себя понять одну простую вещь: где все-таки находилась?
То, что она увидела, ее поразило. Пожелавшая быстрой ходьбы прочь, стояла, словно вкопанная. «Штрафная» шипела, переходя почему-то на странный присвист. А здание больницы было таким же серым в штукатурке и обезличенным. Вообще, нет никаких «зацепок» для взгляда. Окна большие. Крыша шиферная. Газоны разбиты от сторон входа и вокруг здания. Две урны у входа. По бокам «пожарные» выходы.
Ее память ничего абсолютно не выдала из того, где ей удалось побывать. Совершенно непонятно, но никак не могла понять: почему? Точно знает, в каких больницах проходила лечение, поскольку довелось и «погулять» во дворике, а тут ничего подобного с тем, где была. А ничто так не притягивает разум человека, как наличие хотя бы маленькой тайны.
И Ольга быстро пошла вперед к двери в больницу. Все просто. Если лестничные пролеты будут такими, которые уже пробегала в порыве побега, то можно выйти из него и больше не возвращаться. Ну, а чего? Сделать шаги вполне не сложно и ничего не мешает. Шипевшая на нее, «подружка» осталась стоять на месте. Какая разница, что делает сейчас вымышленная бесовка, когда не понятно: зачем тут появилась? Обычно ничего просто не происходит. | Дверь открылась просто, как при ее выходе, так и при входе. Она вошла…в другое помещение. Оно не такое, из которого выбегала. Да, лестничные пролеты, что вели вверх – присутствуют, а вот все остальное – другое! Она не обратила внимание на то, как бесовка уже оказалась за ее спиной. Та начала подавать какие-то звуковые сигналы, чтобы обратить на себя внимание, а Ольга поднялась по ступенькам и направилась, словно зомби, через пару колонн, в фойе. Повернула направо и увидела обычную регистратуру, как в поликлинике. Там находилась женщина в белом халате и колпаке. Поскольку та была чем-то своим занята, Ольга не стала ее беспокоить своим вопросом: «где находится?» Пошла вперед, чтобы самой почитать таблички и посмотреть стенды, которые бы сразу бы все ей разъяснили. Дойти та смогла до двери с табличкой «Пропускной пункт №2». Тонированные стекла в дверях, через которые ничего не видно. Кнопка вызова и мягкая лавочка средних размеров. Прошла в другую сторону. Там табличка «Пропускной пункт №1». Такие же стекла, что ничего сквозь них не разглядеть. Такая же мягкая лавочка, чтобы при ожидании чего-то или кого-то можно присесть или поставить сумочку.
И тогда направилась на лестницу, чтобы та привела ее к табличкам отделений. Действительно. Что может быть проще? Пошла. И остановилась. На площадке между первым и вторым этажами находилась ажурная решетка. Попробовала потянуть на тот случай, если открыто. Нет. Закрыто, как и окошко. Тут так же, как и у дверей первого этажа стояла кнопка для вызова кого-либо из персонала. Понять, что за заведение пока не могла. Ольга не стала жать на кнопку, а направилась на улицу, чтобы у входной двери найти табличку с названием больницы. И все разъяснится.
Сама как-то даже удивилась от подобной идеи. Если бы сразу посмотрела, то и особо не пришлось и паниковать. Не спеша вышла. Задержалась у входной двери и повернулась, чтобы поискать табличку. Нашла ее и удивилась. Как можно было ее не заметить? На ней написано «Управление здравоохранения администрации муниципального образования г. … Муниципальное бюджетное учреждение здравоохранения Родильный дом №1 Женская консультация» Ниже шли часы приема и дни работы, и выходные. Рядом точка сирены и лампа экстренной ситуации. Вот тут ее, словно передернуло: лежала в роддоме? Такого не может быть! «Конечно, не может, поскольку спускалась по лестнице, и подобного заграждения не было, - подумалось ей. – Надо посмотреть на состав отделений.»
И вновь отправилась на первый этаж, чтобы найти стенд с названиями отделений, врачами и прочими подробностями. Нашла его очень быстро, а вот почему не обратила внимание, так же не понятно. Прошла еще немного вглубь холла и оказалась рядом с дверью «Женская консультация». Заходить почему-то резко расхотелось, и особо в прозрачное окно двери не пожелала. Развернулась и направилась прочь. Очень старалась не побежать, чтобы не привлечь чужого внимания. А людей почему-то было много, и они были странные: одни сверкали светом, а другие находились в серо-черной дымке, которая то и дело либо становилась едва не черной, либо серела.
- А я тебе говорила, - заявила бесовка, стоя слева от нее. – И что же тебя удивляет? Одни готовы родить ребенка, и он у них желанен, а другие либо еще не определились, либо готовятся сделать аборт. Видишь черную мглу над ее головой. Это ее желание убийства. Как только это произойдет, так появятся еще и красные оттенки. Мрак.
- И никак не изменить? – поинтересовалась Ольга, бросившись к молодой женщине с со смоляным ореолом над головой. – Не делайте этого! | Но та лишь зыркнула яростно глазами и гневно повела скулами, едва откровенно не послав ее. Ольга пыталась почему-то отговорить совершенно незнакомых женщин от таких поступков, но добилась только того, что к ней направился охранник заведения, и ей пришлось быстро убегать. Однако то, что произошло через какие-то мгновения, едва не сбило с ног. Она услышала странный крик. Сначала женский, а потом совершенно пронзительный детский. Но на ноги та присела, поскольку коленки от неожиданности сами по себе подогнулись.
- Тик так, - заявила бесовка, держа на коготке золотые «Мозер» на золотой цепочке с эмблемой фирмы. – Пошли пока не станет совсем поздно, - и подхватила ее едва не под руки.
И Ольга «гикнула», как только та ее вынесла из здания легче пуха. Она видела, как поменялись окна в здании. Как само некогда основательное здание пошло мелкой сеткой трещин. Ольге показалось, что коснись его, и камень обратится в пыль. Не могла и шагу ступить. Вокруг родильного дома стояли могильные камни, памятники, кресты и скульптурки «плакальщиц» в разных позах. Ей, собственно, ничего самой и делать-то не пришлось, здание превратилось в пыль, обнажая и увеличивая старое католическое кладбище. Они почему-то чрезвычайно близко находились друг к дружке, словно пытались ужаться в неимоверно небольшой кусок земли. Увидела даже несколько склепов в ветхом состоянии.
- История города гласит, что роддом построили на месте старого католического кладбища, - сказала «штрафная», ворочая глазом симбионта. – Собственно, ты это сама и видишь. Многие дома раньше строили на месте кладбищ. Да, парадокс: появляются новые люди на месте упокоении прошлых поколений. Иди спокойно. Там нет ни тел, ни костей. Остались только камни прошлых лет.
И Ольге ничего не оставалось делать, как идти по очень узким проходам между могилками. Вообще, не ожидала такого «лабиринта» на кладбище. Сначала пыталась прочитать фамилии на памятниках, но буквы на некоторых затерты, как и часть дат. Некоторые отсутствовали полностью. Не смотря на небольшой размер кладбища быстро пройти его та не смогла. Бесовка же шла просто по могильным плитам, не особо переживая о своем моральном состоянии. Особо волноваться за мертвый камень и человеческие останки? Зачем ей это надо? Однако «штрафная» сильно не договаривала, поскольку «подружке» не нужно всего знать. Ей доставляло огромное удовольствие попирать копытами останки людей. От такого у нее появился совершенно странный оскал, поскольку только сама могла слышать, как хрустят и ломаются старые забытые многими человеческие кости.
- Я тебе говорила, что не нужно смотреть назад, - сказала бесовка, усевшись на могильный камень. – И хорошо, что ты меня не послушалась, подруга. Так бы я не узнала о подобном.
— Это одна из легенд города, - ответила Ольга, выбравшись из старого кладбища. – У нас просто часть предприятий города раньше принадлежали выходцам из европейских государств. Они были в основном католиками. До революции у них дела шли относительно нормально, а потом, кто-то успел вернуться на Родину, а остальные – здесь. | - А если это кладбище не рожденных детей? – бесовка остановилась у памятника. – Что ты об этом думаешь?
- Все кладбища похожи одно на другое, - Ольга уже не оглядывалась. – А убийство есть убийство. И если никто о нем не сожалеет, то зачем забивать мозги не нужными размышлениями?
- А действительно, - согласилась «подружка», направляясь от здания родильного дома по тротуару к детскому городку. – Заглянем? – и недолго думая, повернула влево на узкую асфальтную дорожку.
Детский городок раньше просчитывался городской группой архитекторов, как зона отдыха. Местный механический завод под это дело изготовил разнообразные детские «горки», качели одиночные и парные, горизонтальные карусели, песочницы, несколько игровых лабиринтов. Высадили елки и поставили лавочки для взрослых. Это было в конце восьмидесятых и начале девяностых. В городке сторожа не предусмотрено по штату, и некоторые, особо любящие уют на своих участках, стали по ночам демонтировать в основном лавочки, сделанные с удобными спинками. Согласитесь, приятно выйти из дома и в тени ореха или у беседки посидеть на лавочке с книгой в руке. И совершенно не важно, как она очутилась в данном месте. «Не пойман не вор», как люди говорят, а другие добавляют: «Не уличена – не гулена». Конечно, начала патрулировать милиция и, как положено, поймала нескольких местных алкашей из соседних домов, которые вышли на «промысел». Те, благородные люди, хотели несколько лавочек у себя во дворе прикопать, чтобы было, где вечерами посидеть.
- Товарищ начальник, так днем-то мы, уже выпивши, - говорил один, - да и боязно днем-то. А если ночью, никто не видит, так вроде и ничего. Так жители бы дома отдыхали бы во дворе.
Словом, в городской газете «Колокол» вышел ряд гневных и осуждающих небольших статей «на злобу дня» и съемно-разъемные части качель на следующий день служба жилищно-коммунального хозяйства аккуратно сняли, оставив вмурованные основы. В песочницах начал исчезать песок, а в тех остатках начали находить дерьмо городских собак и кошек. По приказу сан-эпидемиологической станции остатки песка с отходами дворники вывезли на свалку. Чтобы не привлекать животных еще больше, песочницы разобрали. И они появились на детской площадке городского парка культуры и отдыха. Словом, большая часть оборудования детской площадки у родильного дома переехала в «охраняемое» место. Единственно, что там остались, елочки и дорожки с поломанными лавочками. И в «Колоколе» появилась завершающая статья под названием «Переезд», где аккуратно и подробно описали работы двух бригад местного строй-монтажного управления по разборке городка и переносу его в городской парк. В завершении статьи жителей города с детьми приглашали на открытие обновленного детского городка. | И поскольку время шло, то и судьба детского городка развилась вполне взрослую жизнь. Каким образом? В начале восьмидесятых годов у углового дома на уже известном «Строй городка» начал собираться стихийный фруктово-овощной рынок. Еще раньше на этой площадке стоял фруктово-овощной павильон местного ОРСа, относящийся к магазину в данном доме, что на первом этаже. Ближе к середине восьмидесятых годов там уже размещался склад пустой вино-водочной тары и от даров садов и полей ничего не осталось. Затем была антиалкогольная компания, и люди «охотились» за спиртными напитками. Словом, с горяча или по другим мотивам, но павильон спалили. Пожарные потушили, а бригада из местного ЖЭКа разобрала его и вывезла на склад ОРСа. Поскольку площадка относилась к магазину, и там начали собираться люди, несшие излишки из сада и грядок, то директор стал взымать нелегально небольшой денежный сбор. Однако торговать с деревянных ящиков долго не пришлось, и в газете снова вышла статья, а на площадке появились прилавки с железобетонными крышками. Конечно, крышу никто делать не собирался, поскольку окна дома выходили на эту самую площадку. И жители тех квартир жаловались на то, что раньше были разные насекомые и вонь от овощного павильона, потом там распивали спиртные напитки и был пожар, а теперь все то же самое, но уже вместе. Несмотря на это, овощи и фрукты продавались приличные. Главное, удобно и на центральный рынок города ехать не нужно. После началась Перестройка и поехали челноки по ближнему и дальнему зарубежью. И потихоньку на прилавках начали размещаться вещи и косметика. Людям надо было выжить любой ценой и от площадки по аллейке выросла «толкучка», где можно купить и продать все. Разумеется, милиция делала облавы на торгующих и имела право, поскольку исполняла свою работу, но возмутились люди, которые хотели жить и кормить свои семьи. И у горсовета, будущей мэрии, а потом администрации, появился очередной протест из недовольных граждан. Все дело в том, что «толкучек» по городу оказалось много, и толпа приросла людьми довольно прилично.
В завершении хочу сказать, что после внеочередной сессии совета народных депутатов, которая собралась из-за митинга толпы, в городе пришлось выделять места под рынки, чтобы хоть как-то окультурить стихийную торговлю. И большую половину «детского городка» отдали под рынок. Люди хотели самозахватом увеличить свои участки, но милиция всех выгнала на трое суток и закрыла территорию «городка». За это время там поставили забор, оградивший рынок и провели коммунальные работы. Там в ускоренном темпе построили площадки для торговли. Многие торговцы начали постройку собственных киосков и на некоторых асфальтных дорожках городка выросли торговые улочки.
Ольга с «подружкой» вступили на дорожку «детского городка» в простой надежде срезать путь и покинуть не очень приятное место. Днем бы вполне удалось это сделать, но после четырех часов дня рынок закрыт, как и все его ходы. И подружки уперлись в калитку с приличными замком-«крабом». Справа от них начиналась стоянка, которая появилась в то самое время, как и рынок, забрав у «детского городка» еще приличный кусок земли. Там появился транспорт жителей соседних домов и тех же торговцев.
Недолго думая, бесовка щелкнула коготками и очутились за воротами рынка, не повредив замка. Они отправились по освещенным дорожкам между ларьками и киосками. На рынке остались те, продавцы, кто не стал выкупать квартиры на первых этажах домов, делая там собственные магазины «в шаговой доступности». И глазу не за что было зацепится. Ну, да никакой красоты, не осталось. Это место только для торговли: пришел, купил, ушел.
И у бесовки резко на морде появился оскал. Ольга остановилась. |
<<|<|54|55|56|57|58|59|60|61|62|63|64К списку тем
|
